(Б3) Просвещение
Считается, что мат придает разговору необходимый «перчик», позволяет более полно донести смысл сказанного. В действительности же он является весьма опасной духовной заразой
Один знакомый священник как-то сказал: «Возрождение России начнется тогда, когда матерщина будет поставлена вне закона не только на уровне законодательства, но и на уровне народного сознания».
Эти слова представляются нам абсолютно верными. Так называемый «мат» сегодня является не только вполне терпимым в широких слоях народа, но и российского «культурного» общества. Считается, что он придает разговору необходимый «перчик», позволяет более богато и полно донести смысл сказанного. В действительности же «мат» является весьма опасной духовной заразой, которая подобно раковой опухоли губит душу народа.
Епископ Митрофан (Баданин) пишет: «Тяжелое, грязное слово мата почти победило российский народ. Похотливые, скабрезные слова, по сути, обрели в России статус нормы и уверенно и нагло претендуют на некий героический «символ» российской духовной традиции».
Наиболее опасным является представление, что «мат» — это якобы исконный русский фольклор, на котором общалась чуть ли не подавляющая его часть. Этот миф насквозь лжив, поскольку В России «мат» всегда был маркером низших социальных классов. Русское крестьянство в своем подавляющем большинстве не знало матерщину, ибо справедливо считало его оскорблением Божьей Матери. Аристократия, разумеется, также матерщину не знала, и всякие «Луки Мудищевы» были откровенным хулиганством неустановленных авторов. Не знало «мата» и подавляющая часть квалифицированных рабочих, которые в основном были людьми богобоязненными и воспитанными в православной культуре.
Кто же до революции был разносчиком матерщины? В основном это был люмпен-пролетариат, выходец из деревни, чья жизнь по той или иной причине там не заладилась, часто пьющий и опустившийся. Вот эта-то люмпен-среда и стала источником матерщины, которая обильно расцвела после большевистского переворота. Но откуда пошли матерные слова и в чем их духовная опасность?
Некоторые слова, которые сегодня стали нецензурной бранью, имеют санскритское или древне-славянское происхождение. Некоторые уже в этих языках были ругательными, иные занесены в список матерных слов относительно недавно. Так, например, слово на букву «б», которое сегодня означает падшую женщину, до XIX столетия не имело к ней никакого отношения. В церковно-славянском словаре оно означает «обман, заблуждение, пустословие, пустяки, выдумка, а также разврат, прелюбодеяние». Производное от него означало болтливый, лживый, обманчивый, лжец, пустослов, враль. Именно в этом смысле оно упоминалось в Постной Триоди XVI в. в 6 кондаке акафиста Пресвятой Богородице.
Что касается иных слов «матных» слов, то видный советский и российский филолог и лингвист Б.А. Успенский указывал, что «глагол yabh, несмотря на очевидную старинную индоевропейскую этимологию, в нормативных санскритских текстах не употребляется. Он, несомненно, воспринимался как похабный». Зато он был распространен в индуистских ведийских текстах. В заклинании «Атхарваведы» женщина настойчиво повторяет призыв: «yabha». Согласно «Шанкхаяна-шраутасутре», это произносится во время ритуала ашвамедхи.
Вот здесь мы подходим к главному отличию «мата» от простых ругательств. «Мат» — это не ругательство, это — форма заклинания и проклятия. В «Айтарея-брахмане» утверждается, что если перед и во время совокупления повторять матерные мантры, то усиливается движение мужского семени, от семени рождается потомство и, таким образом, произносящий мантры, влагает потомство. В «Шатапатха-брахмане» говорится: «Непристойные речи приносят исполнение всех желаний при ашвамедхе». И далее: Воистину, долгая жизнь и божества покидают тех, кто во время жертвоприношения произносят нечистые речи; потому они очищают речь, дабы божества не удалились от жертвоприношения».
Таким образом, в языческие времена «матерщина» использовались в обрядах и ритуалах как магические заклинания, как средство вызова «нечистых духов». При этом надо подчеркнуть, что к этим силам обращались с осторожностью и нечасто. Как уверяют исследователи тех культов древности, употреблять эти слова можно было лишь мужчинам и не чаще нескольких дней в году, после чего они были под строжайшим запретом».
Епископ Митрофан (Баданин) указывает: Одним из важнейших предназначений этих слов в магических обрядах славянских народов было наведение порчи на врага, проклятие его рода. Недаром все эти слова, так или иначе, связаны с детородными органами мужчин и женщин и процессом воспроизводства. Так в анонимной болгарской хронике XIII–XV веков слово «изматерили» означает вовсе не «обругали», но именно «прокляли».
Эти заклятия и проклятия обладают мощной энергией и связаны так называемыми «фаллическими культами», распространенные по всему древнему языческому миру. Историк Б. Рыбаков отмечал: «…Кроме больших каменных фаллических идолов, стоявших где-то на природе, существовали маленькие домашние, изготовленные из дерева, но тоже антропо-морфные. Они являлись принадлежностью языческого свадебного обряда и тоже выполняли функцию символа плодовитости, воздействия на рождение новой жизни: «(чтуть срамные уды) и в образ створены и кланяются им и требы им кладуть (это относится к большим идолам вне дома). Словене же на свадьбах вкладываюче срамоту и чесновиток в ведра пьють». Призыв «богов» (бесов) осуществлялся через сексуальные оргии (вакханалии), храмовую проституцию, попрание стыда и целомудрия, плотскую вседозволенность и воспевание блудного греха.
Поэтому после принятия христианства «мат» стал на Руси вообще абсолютным табу, так как помимо прочего он оскорблял имя Пресвятой Богородицы. «Мат» в основном стал языком колдунов, ведунов, знахарей, свах. Но, конечно, проявлялся он в языческих рудиментах народного сознания. Однако в русском языке весьма распространёнными были слова выражающими негативное эмоциональное отношение к тому или иному поведению или явлению. Приведем для примера некоторые из этих слов:
- Ащеул — пересмешник, зубоскаль.
- Баба-ветрогонка — вздорная.
- Баляба — рохля, разиня.
- Баламошка — дурачок, полоумный, зряшный
- Басалай — грубиян (от «баса» и «лай» — «красиво лаяться»)
- Мамошка — публичная женщина
- Маракуша — противный человек (он же Кандалакш)
- Михрютка — неуклюжий, неловкий
- Мухоблуд — лентяй, лежебока
- Обдувало — обманщик, плут
- Облом — грубый, невежа (стар.)
По существу это были ругательные слова, но они не несли в себе заклятия, как в случае с матерщиной.
Царская власть вела жесткую борьбу с матерщиной. В постановлениях Стоглавого собора и указах Царя Иоанна IV Васильевича воспрещалось вспоминать языческие обычаи и сходиться «в святочные и купальские дни» на «бесчинный говор и на бесовские песни». В указах Царя Алексея Михайловича 1648 года указывалось на недопустимость ритуального сквернословия в ходе свадебных обрядов, а именно «песен бесовских и срамных слов матерных и всякой неподобной лаи».
Матерщина расцвела пышным цветом после прихода к власти большевиков. Вместе с этим городским люмпеном и сбродом мат шагнул из бараков и питейных заведений на улицы и площади. Чтобы захватить власть и стать во главе этой распоясавшейся стихии, нужно было показать массам свое «недворянское» происхождение и заговорить с бунтовщиками на привычном для них языке. Именно с тех пор стихия нецензурщины и откровенной матерщины охватила всех пришедших к власти представителей государственного и политического руководства страны и в полной мере закрепилась в структуре РККА и ВМФ, на всех уровнях военного командования. По сути, в стране возникла круговая порука: все были повязаны грехом. Кто матерится – тот «свой».
Особенно наглядно этот принцип проявлялся в лагерях НКВД. Об этом вспоминал академик Д.С. Лихачев: В лагере тех, кто не матерился, расстреливали первыми. Они были “чужие”. Когда человек матерился – это означало, что он “свой”. Если он не матерится, значит, имеет свое мнение, и от него можно было ожидать, что он будет сопротивляться».
И.Л. Солоневич писал о советской школе: «…У учителей не было возможности применять к ученикам меры воздействия, они должны были терпеть дефективных и морально распущенных детей, развращавших других. От ругательств, пошлых рассказов и анекдотов на сексуальные темы, которые учащиеся употребляли в своем обиходе, становилось жутко. В том, что разложение народа было запланировано сверху, сомневаться не приходится».
Таким образом, матерщина есть определенный бесовский язык, который современные русские люди повсеместно применяют, накладывая на себя и своих детей древние проклятия, лишая себя и их будущего.
Ведь еще святитель Иоанн Златоуст говорил: Егда кто матерными словами ругается, тогда у Престола Господня Мати Божия данный Ею молитвенный покров от человека отнимает и Сама отступает, и который человек матерно избранится, себя в той день проклятию подвергает…».
АВТОР: Мультатули Петр