«Скажи мне, естество мое, как я сам себе и враг и друг? Скажи мне, как я могу победить твое мучительство? Как мне связать тебя, плоть моя, что мне делать с тобой, помощница моя и соперница, заступница и предательница моя?» – так жалуется на плоть преподобный Иоанн в своей «Лествице».
Преподобный Кассиан Римлянин называет подвиг борьбы с плотью подвигом великим и многотрудным, потому что эта борьба объемлет и душу и тело. Плоть – это наш домашний враг; похоть плоти – это такая склонность, с которой мы родимся на свет. Прочитайте житие преподобной Марии Египетской, преподобного Мартиниана, нашего Киево-Печерского подвижника, преподобного Иоанна Многострадального и многих других, и вы увидите, чего стоило святым Божиим побороть эту греховную склонность. Но чем труднее борьба, тем выше подвиг, тем ближе к человеку всемогущая благодать Божия. Вот что рассказывал о себе один семидесятилетний старец, подвижник, преподобный Пахон, в утешение брату, боримому похотью блудной. «Ты видишь, – говорил он, – что я уж стар и хил; сорок лет я прожил в этой одной келье, но и в самой старости не совсем еще оставил меня демон; а когда я был в твоих годах, мысли и страсти, подобные твоим, меня до того обуревали, до того обезсиливали, что я приходил в отчаяние; даже думывал, что Бог меня вовсе оставил. В течение десяти лет страдал я так и днем и ночью. При всем этом я лучше бы решился умереть, чем растлить чистоту моего девства.
Знающий все прежде, нежели совершиться им, Он безошибочно открывает Свою волю либо частично, либо полностью, исходя из возникающей необходимости и имея ввиду поддержание бытия и безопасность творений.