.
Что такое приходская община? Как воспитывать в верующих ответственность за свой приход? Насколько в приходских общинах важна личность священника? Размышляет протоиерей Павел Великанов.
Как многие церкви превратили в прибыльный бизнес
Есть правда, а есть – истина… Правда у каждого своя… А истина – одна.
… Сегодня память Александра Невского. Он сошелся на Чудском озере с рыцарями. А рыцари эти не были безбожниками. Не были атеистами. У них и кресты были на плащах. И священники служили. И мольбы свои посылали Богу. Но у них было свое понимание своей миссии. Александр же, как пишут, обратился к своим воинам со словами псалма номер девятнадцать. Сии на колесницах, сии на конях. Мы же имя Господа нашего призовем. Царский такой псалом.
В рыцарстве был такой суд чести… Суд Божий… Ты – веришь. И я – верю. У тебя своя правда, и у меня своя правда. Давай сойдемся в честном поединке, и Бог покажет, кто из нас прав. Потому что есть правда и есть – истина. Правда у каждого своя. У жуликов тоже своя правда есть. Какой-то цыган нам расскажет, что Бог разрешил нам воровать. Потому что мы украли гвоздь, когда Христа распинали. И Бог сказал – ну ладно, воруйте. У них вот такая своя мифологема может быть. Ясно, что не у всех, но у кого-то. Вот у них такая своя правда. И таких правд много. У начальника своя правда, у подчиненного своя. У жены одна правда, у мужа вторая. Но есть истина. И истина проявляется в такие критические моменты истории.
Протоиерей Николай Афанасьев призывал к более частому принятию Святых Тайн.
Протоиерей Николай Афанасьев настаивал на ошибочности восприятия Евхаристии как частного дела каждого члена Церкви. По его мнению, причащаться, полагая, что это индивидуальный акт, значит отделять себя от других, а не причащаться вообще — значит отделять себя от Тела Христова.
Афанасьев считал, что участие в Евхаристии возможно только в том случае, если человек состоит в общине. При этом он настаивал на таком восприятии Церкви, где нет личности: есть только сообщество верующих, и только сопричастность этому сообществу делает возможным пребывание человека в Церкви Божией во Христе.
Афанасьев стремился вернуться к исконному церковному пониманию причастия и призывал к более частому принятию Святых Тайн. Евхаристия для него была не одним из семи таинств в Церкви, а «Таинством Церкви».
Община или клуб по интересам?
– Есть термин «захожане» – те, кто заходит в храм изредка поставить свечку, написать «записочку» и уйти. А как назвать тех, кто ежевоскресно молятся на Литургии, но совсем не участвуют в жизни прихода?
– Это – потенциальные прихожане, то есть те люди, которые находятся в плену традиций, установившихся в прежнее время, когда реальная приходская общинная жизнь была усечена.
Сейчас мы находимся на очень важном этапе нашей церковной истории, когда у верующих есть выбор: либо ощущать себя прихожанами в своих приходах, либо – сохранить нынешнюю хроническую болезнь новой духовной капитализации. Болезнь, когда человек воспринимает церковную жизнь исключительно как инструмент для удовлетворения пусть даже самых высоких, но все равно индивидуальных духовных потребностей.
И здесь важно, чтобы произошла трансформация сознания, появилось понимание принципиальной важности и первичности общности во Христе всех членов прихода, единства вокруг Чаши с Дарами и всего, что из этого проистекает уже за пределами храма.
ПРИХОДСКАЯ ОБЩИНА. Протоиерей Павел Великанов
Что такое приходская община? Как воспитывать в верующих ответственность за свой приход? Насколько в приходских общинах важна личность священника? Размышляет протоиерей Павел Великанов.
– Есть термин «захожане» – те, кто заходит в храм изредка поставить свечку, написать «записочку» и уйти. А как назвать тех, кто ежевоскресно молятся на Литургии, но совсем не участвуют в жизни прихода?
– Это – потенциальные прихожане, то есть те люди, которые находятся в плену традиций, установившихся в прежнее время, когда реальная приходская общинная жизнь была усечена.
Сейчас мы находимся на очень важном этапе нашей церковной истории, когда у верующих есть выбор: либо ощущать себя прихожанами в своих приходах, либо – сохранить нынешнюю хроническую болезнь новой духовной капитализации. Болезнь, когда человек воспринимает церковную жизнь исключительно как инструмент для удовлетворения пусть даже самых высоких, но все равно индивидуальных духовных потребностей.
О ПЕРЕХОДЕ ПРАВОСЛАВНОГО ХРИСТИАНИНА ИЗ ХРАМА В ХРАМ
Мирянин – это не монах, который давал обет подчинения своей воли игумену и братии монастыря, поэтому переходить из храма в храм воспрещения нет. Если только мирянин не является церковнослужителем: пономарь, певчая, свечница и т. д. Т. е. если человек несет в храме определенное послушание, то тогда на переход в другой храм он должен взять благословение настоятеля.
Если же человек просто ходит в храм на богослужение, то тогда он, конечно, может посещать и другой храм. Но здесь встает другой тонкий вопрос: насколько полезно ему это?
Часто в приходских храмах прихожане вместе со священником образуют нечто подобное семье. Семья – идеал жизни прихода. В приходе люди открываются друг другу, как и в семье, с различных сторон: и хороших, и плохих. Потому что мы все (люди) и хорошие, и плохие одновременно. В то же время мы друг для друга являемся своеобразным тестомесом, где тесто нашей души перемешивается таким образом, чтобы быть годным для испечения огнем благодати Святого Духа небесного хлеба. Для этого зачастую, как тесто, нас надо и потереть, и помять, и немного поприжать, чтобы (не побоюсь этого слова!) раздавить внутри нас гидру гордыни, избить её «младенца» о камень. Очистить от нее души и в терпении, смирении и братолюбии родить в ней с Божьей помощью святую любовь.
Маленькие дети так недолго – маленькие. Анна Ромашко
Маленькие дети так недолго – маленькие. Этот чистый взгляд, лишенный всякой критичности, полный восторга и доверия… Мама может быть толстой, неумытой с утра, уставшей, без маникюра, но в глазах малыша она – ангел, идеал и… Как страшно, что чаще всего эту Божественную, без преувеличения, любовь мама просто не видит, не имеет душевных сил, чтобы оценить, прочувствовать, понять свое самое большое и такое мимолетное счастье.
Еще тяжелее сознавать, что самые уязвимые в этом отношении – отцы. Молодые папы редко восприимчивы к нежной и тоненькой, как солнечный луч, бестелесной детской любви. Потрепать равнодушно по голове, укрыться от ребенка за толщей забот, перевалить на плечи раздраженной и обиженной супруги – ничего не дать…
Что ждет маленькое сердце от сердец своих родителей?
От отца – безусловной любви к маме: в этом главная гарантия существования семейного мира. Материнская уверенность в верности отца своих детей – это рай для семьи, мужество сыновей, красота дочерей, их внутренняя защищенность, достоинство.
Мальчику очень нужна отцовская ласка
Пятилетний сын приходит ко мне вечером, перед сном, когда мы уже вроде бы простились на ночь, обнялись, – чтобы еще раз поцеловать и заглянуть в глаза. Но если рядом папа, который уже вернулся с работы, то сначала он побежит к отцу. Папа – самый теплый и добрый человек в семье, для сына он незаменим, главный. Малыш может улечься папе на грудь, и отец станет гладить ребенка по голове. Мальчику очень нужна отцовская ласка. И больше всего на свете жаль, если поступил плохо и придется папе рассказать, расстроить его.
«ЧТО ТАКОЕ» — ЧЕЛОВЕК?
Человек – это Бог в грязи. Все «лувры» мира, собранные вместе – это кусочек грязи по сравнению с душой одного человека. Неважно, какой душой. Любой.
Человек любим Богом. Хотя существует огромное мироздание. Настолько сложное и красивое, что человек по сравнению с ним меньше вошки, меньше блохи, меньше молекулы. Человек – это ничто. Вроде бы. Но нет. За него кровь Христова пролита. А значит, он – бесценный и дорог Богу. Но когда Бог любит человека, Он не любит то, что в нём сейчас есть. Потому что иногда в этом всём любить-то, собственно, и нечего. Он любит ту скрытую красоту, которая есть в человеке.
Человек – (каждый) – как непрочитанная книга. Вполне написанная, но не прочитанная. И тем более, не экранизированная. Великий от невеликого отличается тем, что великий – «экранизированный», а невеликий – он канул в эту лету человеческой памяти.
«Человек – это то, что нужно преодолеть!» Слышали вы такую философскую сентенцию? Самая главная задача наша – это быть выше, чем человек. Человек постоянно преодолевает себя. Самое главное в преодолении себя – это борьба с внутренним несовершенством, любовь к Богу и стремление в другую жизнь.
Первые шаги в храме
«Надо бы в церковь сходить…» — думает человек, но в ежедневных заботах откладывает это на потом, особенно если не очень понимает, что делать в церкви и как себя вести. Кажется, что там внутри — какой-то другой мир, в котором человек со стороны сразу обращает на себя внимание. Конечно, церковь — это дом Божий, а для Бога нет посторонних. Но все же легче, когда понятно, какими могут быть первые шаги в храме. Рассказываем.
Шаг первый: Как зайти в храм впервые
По дороге с работы, во время прогулки, если просто проходите мимо — зайдите в храм на несколько минут. Можете полюбоваться интерьером, рассмотреть иконы, постоять или присесть на скамеечку. Иногда люди, приходя в церковь, сразу же ищут, где продают свечи и подают записки. Не спешите. Просто побудьте здесь. Даже если вы собирались к свечному ящику, не бегите к нему сразу.
Возможно, если вам тяжело и тревожно, этот короткий промежуток времени, просто проведенный в стенах храма, сможет стать для вас маленьким островком спокойствия. Может быть, наоборот, именно здесь вы ощутите что-то такое, что старались от себя спрятать, отбрасывали, о чем не хотели думать. А может быть, не почувствуете ничего — это тоже нормально. Но эти несколько минут в храме в любом случае будут полезной паузой в привычной суете.
Приход. Как устроена христианская община
«Я чувствую себя чужим в приходе. Богослужение заканчивается, люди расходятся, между собой общается только группа ”посвященных», остальные друг друга просто не знают» — такие жалобы можно услышать в среде православных христиан. В чем дело? Неужели в приходы, как говорилось в табличке над домом Винни-Пуха, посторонним вход запрещен? Как все же влиться в приход и найти свое место в нем? Как найти «свой» храм и обязательно ли бежать из того, где вам делают замечания?
На девять распространенных вопросов о приходе отвечает настоятель храма во имя святого благоверного князя Александра Невского при МГИМО протоиерей Игорь Фомин.
Приход — это семья. В каком плане? В том плане, что именно семья подготавливает человека для большой жизни. Так, мы живем с родителями, которые обязаны нас подготовить к каким-то свершениям, то есть дать путевку во взрослую жизнь, чтобы мы могли уверенно шагнуть в нее, ничего не боясь. И приход — он учит христианина жить в этом мире, ничего не боясь. Он дает человеку те знания, к которым тот стремится, и ту радость, которая естественно происходит от единения с близкими людьми, помогает ему врачевать недуги и немощи своей души.
И в эту семью человек приходит сам, сам проявляет активность и желание быть в ней и сам решает, какое место, какую нишу, если угодно, он будет там занимать. На каком-то этапе ему достаточно просто ходить на богослужения, а потом захочется чего-то большего — чем-то помочь, что-то новое узнать.
И тут не может быть никакого принуждения. Выбор всегда остается за человеком.
Какой не должна быть община
Какой сегодня должна быть христианская община? Строго такой, как в древние времена? Как сегодня создается община? Что делать, если она превращается в круг интересов для избранных? Рассказывает игумен Агафангел (Белых), настоятель Архиерейского подворья Свято-Николаевского собора в г. Валуйки (Валуйская и Алексеевская епархия), сотрудник Синодального миссионерского отдела, руководитель миссионерского стана «Спасский» в п. Тикси (республика Саха).
– Мне кажется, что сегодня в дискуссиях о том, что такое христианская община, иногда звучит неверная мысль: нужно вернуться в прошлое, стремиться построить общину так, как это было в ранней Церкви. Но Церковь – это живой организм, который растет, изменяется.
Сейчас, например, любая попытка совершить на приходе Русской Православной Церкви богослужение чином времен апостольских будет, отчасти, искусственным и театральным действием.
Ведь прошли столетия, богослужение сформировалось, обогатилось новыми элементами. «Христос вчера и днесь, Тойже и во веки»: содержание нашего упования неизменно, однако мы видим, что внешнее выражение нашей веры, язык нашей молитвы может изменяться в соответствии с эпохой, с национальной культурой и т. п. Несомненно, это касается и общинной жизни.
В чем разница между душой и духом (Минутная проповедь)
Душа – это то, без чего тело мертво. «Я движусь» – это душа, это не духовное действие. «Я почесал бороду, вытер глаз, высморкался» – это не духовное действие, это душевное действие. А вот – «Я стою в карауле и мне хочется почесаться и высморкаться, но я сдерживаю себя – мне этого делать нельзя, потому что на меня смотрят», – это уже работа духа. Дух владычествует над телом. Лошадь будет стоять под седоком – хоть под царем, хоть под конюхом. Она захочет храпеть – храпанет, захочет махнуть хвостом – махнет. И она не собирается сдерживаться. Зачем ей это? Она вполне естественна. В ней нет греха и нет добродетели. Она как есть, так и есть. Она – лошадь. Человек имеет разные позывы по душе. Например, испугаться – это чисто душевная вещь. Допустим, идешь по улице, и вдруг рядом на стройке взорвался газовый баллон, и ты присел, – это твое душевное действие, не контролируемое духом. А вот когда…
К вопросу о природе души и ангелов в учении свт. Феофана Затворника (1815–1894)
В статье кандидата теологии, проректора по научно-богословской работе Калужской духовной семинарии протоиерея Василия Петрова исследуется учение св. Феофана Затворника о природе души и ангела, проводится сравнение с учением св. Игнатия (Брянчанинова), с которым Затворник вступил в заочную полемику на страницах книги «Душа и ангел — не тело, а дух». Автор статьи показывает, что взгляды св. Игнатия более традиционны с точки зрения святых отцов Древней Церкви. Это ярко проявляется при чтении «Точного изложения Православной веры» прп. Иоанна Дамаскина. В работе проводится краткий анализ взглядов на природу души и ангелов св. Симеона Нового Богослова. Попутно выясняется, что несогласие св. Феофана с учением св. Симеона привело к тому, что при переводе творений последнего Затворник опускал большие части текста, которые, по его мнению, не согласовывались с учением Православной Церкви.
Одним из интереснейших моментов в истории русской патрологии XIX столетия является заочный диспут святителей Феофана Затворника и Игнатия (Брянчанинова) о природе ангелов и человеческой души. После выхода в свет «Слова о смерти» свт. Игнатия, а в особенности «Прибавления» к нему, св. Затворник решил ответить на них письменно. В результате в «Тамбовских епархиальных ведомостях» с октября 1867 года по февраль 1868 появляется ряд публикаций. Позже они были объединены в одной брошюре, которая получила название «Душа и Ангел — не тело, а дух. Против брошюр “Слово о смерти” и “Прибавление к Слову о смерти”»[1].
ДУША ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ В СВЕТЕ ПРАВОСЛАВНОЙ АСКЕТИКИ. Иерей Тарасий Борозенец, иерей Вячеслав Фомин
Понятие души
Слово «душа» (греч. ψυχή) часто упоминается в Священном Писании как Ветхого, так и Нового Завета, в большинстве случаев ассоциируясь с понятием «жизнь», являясь его синонимом[1]. Обладать душой, быть одушевленным – значит быть живым. Не обладать душой, быть неодушевленным – значит быть мёртвым.
В узком богословском смысле слова душой называется бесплотная, бессмертная, духовная природа человека, объединённая с его телесной природой.