Феофания Святкина, прихожанка храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Петровском парке:
– Воцерковлялась я в возрасте 27 лет на другом приходе, но после возникших там нестроений «раненой птицей», главным образом по моей неподготовленности к искушениям, мне пришлось искать другое церковное «гнездо». Так я оказалась в храме Благовещения Пресвятой Богородицы, что в Петровском парке, где настоятельствовал протоиерей Димитрий Смирнов. Переступив порог этого храма 20 лет назад, я сразу осознала: вот он, мой дом! Доброжелательность здесь исходила от всех – и от прихожан, и от свечниц, и от каждого из клириков. Это такая большая, отзывчивая семья. «Каков поп, таков и приход», – недаром говорится. Отец Димитрий всегда обнимал всех нас своей любовью. Да что всех нас! Вся Россия как-то в сердце его вмещалась. И он болезновал обо всех.
В последние годы, несмотря на многочисленные недуги, из-за которых отцу Димитрию приходилось пригоршнями заглатывать таблетки, он, заканчивая исповедовать длинную очередь прихожан после всенощной, каждую субботу еще и в прямом эфире радиостанции «Радонеж» отвечал на вопросы слушателей. Иногда уже охрипшим голосом, превозмогая усталость. Попьет чайку с лимоном и отвечает дальше на все эти «как» да «почему». А звонили ему в эфир не только со всей России, но и из Европы, Америки – с любовью благодарили за его титанические пастырские труды.
Впрочем, отец Димитрий и сам был настолько открытым и естественным, что никогда не скрывал своих чувств, подчеркивая, как дорога ему его большая – границ которой никто не ведал, а может быть, их и не было – церковная семья. Его проповеди, длившиеся иногда по 40 минут и более, были подготовленным экспромтом и всегда вызывали у слушателей – будь это прихожане храма или его мультиблога – живой интерес. Однажды, задержавшись после проповеди на солее, он сказал, обращаясь ко всем нам, прихожанам:
«Ближе, чем вы, у меня никого нет!»
И все в храме замерли: тот, кто всегда и всюду нарасхват, говорит вдруг такое…
Отец Димитрий был как отец – иногда строгий, но всегда любящий. Мог громогласно отчитать какого-нибудь нарушителя тишины в храме, забывшего отключить мобильный телефон на время службы или не призвавшего к порядку своих расшалившихся малышей. При этом он всегда старался сопроводить свое замечание шуткой, чтобы не оскорбить и как-то нечаянно опрометчиво не задеть кого своей мощью.
Вообще, чтобы дети, устав слушать службу, не мешали взрослым, на территории храма несколько лет назад оборудовали прекрасную игровую площадку с «зеленым лабиринтом», водяной мельницей и прудиком с золотыми рыбками. Был разбит и розарий, в котором установили высеченное из камня Распятие. Здесь очень часто, кстати, можно встретить и кого-нибудь из пока невоцерковленных жителей окрестного района, особенно родителей с детьми, – и все они, как признаются, видят тут некое земное подобие Рая.
А новая, просторная трапезная с росписями на стенах, где готовят еду с душой и молитвой и крутят записи классической музыки?.. Отец Димитрий был простым, его широкая натура требовала постоянного нахождения в гуще народной жизни. Даже во время обеда он никогда не уединялся, но трапезничал вместе со всеми нами.
Отец Димитрий слишком масштабен, чтобы можно было о нем, не ощущая безохватности, говорить. Один вид этого гиганта, у которого не только внешность была богатырской, но и дух, вызывал в душе радость и спокойствие. К его наследию, которое он оставил нам прежде всего в виде своих проповедей, мы будем еще приобщаться и приобщаться – причем это надо делать постоянно, чтобы не утратить того духовного ускорения, которое он задал.
Это был счастливый человек. А потому счастливый, что любил Бога и людей не только словом, но и делом
Это столь счастливый человек, что о нем и не скажешь в прошедшем времени. А потому счастливый, что любил Бога и людей не только словом, но и делом. А дел у него было бесчисленное множество, которое способны поднять лишь единицы, и то с помощью только Божией благодати. Он даже предлагал людям такое средство от уныния – побольше заниматься полезной деятельностью, чтобы, когда смерть придет, сказать: «Всё уже, Господи?»
А еще он наставлял нас, что человек должен достойно взойти на свою Голгофу. И он сам подал нам пример такого мужественного восхождения. Терпел болезни, в том числе сахарный диабет, переболел ковидом в тяжелой форме. В последние годы удары на отца Димитрия сыпались один за другим. Господь испытывал Своего верного раба, и батюшка всё переносил мужественно – он всегда был подлинный боец духовного фронта. Года два тому назад сгорел основанный им приют «Павлин», после чего отец Димитрий лежал в больнице. Затем он всколыхнул греховное «болото», сравнив женщин, живущих в гражданском браке, с бесплатными проститутками, – для того, чтобы защитить их, обманываемых, показать, насколько такая греховная связь их же и унижает. И тут же на отца Димитрия поднялась этакая либеральная «многоголовая гидра», защищающая пожирающий жизни разврат. А батюшка даже и не знал обо всей этой буре, потому что занимался делом, не до того ему было. Он ведь по натуре созидатель, а не разрушитель. И с его кончиной мы утратили апологета нравственности, яркого и многогранного оратора, защитника традиционных ценностей семьи и материнства – того, к кому прислушивались на самых разных уровнях общества. Потому что он и для властей предержащих был авторитетом, и для нуждающихся в помощи и поддержке – покровителем. Отец Димитрий много сил вкладывал в дело предотвращения абортов, понимая, что если русские женщины не будут рожать всех детей, которых им Бог пошлет, то лет через 20 «шестую часть земли с названьем кратким Русь» уже и вовсе заполонят совсем другие, отнюдь не исконные здесь народы.
В восьми храмах, в которых отец Димитрий настоятельствовал, все делалось для прихожан, и мы это ощущали. Кружки: иконописный, певческий, живописи и английского языка – каких только не было в воскресной школе! Молодежные балы, где можно найти свою половинку, концерты, встречи с интересными людьми и даже театр. Все это организовывалось по благословению отца Димитрия, который поддерживал любую творческую инициативу.
А когда отец Димитрий перенес ковид и проходил реабилитацию, конечно, служить он уже не мог, и приход уже чувствовал сиротство. Но однажды прихожане во время одной из служб заметили, что на стуле, на котором отец Димитрий обычно исповедовал, сидит голубь. Это не было видение. Реальная птица. Возможно, залетела в окно. Но обычно птицы, если и залетают вообще в переполненное людьми помещение, то выбирают какие-то более верховые позиции – а тут вдруг точно в утешение этот христианский символ там, где многие годы Господь нас десницей отца Димитрия разрешал от грехов, всем нам был послан.
Навсегда запомню последнюю Литургию, на которую привезли уже в инвалидной коляске отца Димитрия. Странно было видеть немощным нашего богатыря-настоятеля. Насколько помню, это была служба на Крестовоздвижение. Когда-то в Крестовоздвиженском храме (в Алтуфьево, где до этого служили несколько поколений его прадедов-священников) отец Димитрий Промыслом Божиим свое служение и начинал. И вот после окончания этой памятной Литургии я подошла к отцу Димитрию за благословением, не зная еще, что прощаюсь с ним навсегда в этой земной жизни.
«С праздником! Любим вас и молимся!» – только и произнесла я, чтобы не утомлять батюшку, и хотела уже было ретироваться, как заглянула в его глаза и увидела столько в них скорби и слезы. Помню, как, поцеловав его мягкую, благословляющую руку, просто по-детски прижалась к ней щекой… Все мы у него были – что и заповедано Господом – как дети (Мф. 18: 3). Но все-таки то единение, которое зиждилось на приходе Господом посредством многого и неустанного служения отца Димитрия, не разрушимо, верим, смертью. Тепло его сердца с нами. А значит, и у нас, если сохраним то самое ускорение духа, есть надежда на встречу впереди.
А во дворе храма отца Димитрия тогда, помню, после той Литургии на Крестовоздвижение, пересадили в автомобиль, и провожавшие его прихожане долго еще махали ему вслед, и он махал всем в ответ.
Отец Димитрий говорил нам как-то, что ценность человеческой жизни узнается по тому количеству народа, который придет к покойному на кладбище. А еще он с присущим ему юмором просил не приносить ему «веники» на могилку, а лучше горячо молиться и заказывать поминовение в храмах и монастырях. К самому-то отцу Димитрию люди как шли, так и будут идти. И все, кого к Богу отец Димитрий привел, так и будем Господу за нашего наставника молиться.
Царствие Небесное, дорогой наш батюшка отец Димитрий!
Твоими святыми молитвами да помилует и нас всех Господь!