- Подготовительные работы к встрече Пасхальных праздников
- Причащения больных на дому
- Посещение регионального участка МЧС по вопросам противопожарной безопасности во время проведения богослужений
- Посещение полицейского участка по вопросам соблюдения правил предосторожности в связи с пандемией Ковид
- Работы в рамках попечительского служения Церкви
29 апреля, Великий Четверг.
- Утреня, Евангелия последования Святых Страстей Господа нашего Иисуса Христа — 19.00
30 апреля, Великая Пятница.
- Последование вечерни с выносом плащаницы — 13.00
- Последование утрени с пением непорочных и канона Великой Субботы
- Обнесение Плащаницы вокруг храма
1 мая, Великая Суббота
- Чтение молитвенного правила к причащению — 22.30
- Полунощница — 23.30
2 мая, Светлое Христово Воскресение (Пасха Господня)
- Пасхальная утреня с крестным ходом
- Чтение огласительного слова Иоанна Златоуста
- Пасхальные часы
- Божественная Литургия
- Чтение Пасхального послания Первоиерарха РПЦЗ, Митрополита Агафангела
- Чтение Пасхального послания Пресвященного Георгия, архиепископа Кишиневского и Молдавского
- Проповедь на тему праздника
- Освящение пасхальных яств и куличей
- Праздничная трапеза
- Переговоры настоятеля с духовными чадами из России и Греции
- Великая вечерня — 17.00
- Проповедь на сон грядущим
——————-
Пасха преображает душу
Христос Воскресе!
Дорогие братья и сестры, поздравляю вас с последним днем Пасхи этого года.
Сегодня день отдания Пасхи, и вы заметили, что богослужение сегодня совершалось по типу Пасхального богослужения: были отверсты Царские врата, изобилие света, много пения, торжественная праздничная служба. Хочется, чтобы этот Свет, который сорок дней назад воссиял над землей, в мире и в сердцах наших, – чтобы этот свет не мерк, а так же ровно и ярко светил нам на всех путях нашей с вами жизни. Конечно, хотелось бы в этот день сказать о Пасхе. И о том, с каким словом, с какой проповедью мы должны идти в этот мир, свидетельствуя о Воскресшем Христе.
У дореволюционного писателя А.К. Шеллера-Михайлова есть замечательный рассказ.
Вы знаете, что существовал такой жанр, как святочный рассказ. Его особенность – внезапное чудо, Рождественское чудо. Например, когда человек замерзал – и вдруг кто-то его обогрел. Или он умирал с голоду, а кто-то его поддержал. То есть рождественская святочная история – это история о чуде. А Пасхальный рассказ (был и такой жанр до революции) – это рассказ не о чуде, а об изменении, которое вдруг произошло в человеке под влиянием каких-то пасхальных событий, под влиянием чего-то огромного, важного, большого, может, даже превышающего человеческое понимание. Это жанр Пасхального рассказа.
Некоторые рассказы были выдуманные, а некоторые – невыдуманные, потому что на Пасху Бог даже самых слабых и немощных людей возрождает, изменяет, наполняет силой. Я сам мог бы рассказать массу реальных примеров, случаев этого плана, о которых мне рассказывают мои прихожане. Естественно, что такие свидетельства были еще и до революции. Если вы возьмете многие дореволюционные журналы, сборники, рассказывающие о Пасхальном периоде, вы познакомитесь со свидетельствами подобного рода. Вот один из них – у писателя Шелера-Михайлова, который рассказывает, как он однажды отдыхал в монастыре и там, на рассвете, он познакомился с монахом с очень красивым, благородным лицом. Они заговорили. Писатель спросил, почему монах не спит после такой утомительно тяжелой Пасхальной службы, а гуляет в парке. А монах сказал, что у него с юности такой обычай – в эту ночь не спать. Слово за слово, и он поведал литератору такую историю. В двух словах вам ее перескажу.
Этот монах поведал о том, как с детства он испытал очень много нужды, горя, бедности. Родители отдали его на воспитание дяде. Если бы не добрая старушка-прислуга у дяди – дядя мучил бы его или, как минимум, не обращал бы на него внимания. Но вот дядя умер, и они с этой старушкой были вынуждены опять скитаться. Старушка нанялась в услужение к одному богатому человеку. Этот молодой монах говорил, что мальчиком он испытал много нужды, что он постоянно злился и копил злость на богатых людей, на тех, кто может себе позволить пить и есть в свое удовольствие. Все это привело его к нервному расстройству, и даже в гимназии, которую он уже заканчивал, ему говорили, что он уже совершенно стал безумным. У него даже лицо, как он рассказывал, стало землистого цвета, потому что он постоянно носил в себе ненависть и злобу. Все это привело его к решению зарезать того человека, у которого они жили, и завладеть его деньгами, которые тот прятал в месте, известном юноше. И вот в Пасхальную ночь он решил это осуществить. Почему в Пасхальную? Потому, что в эту ночь старушка-няня уходила на всю ночь в храм, на службу. А тот человек, у которого они жили, был неверующим, на службы он не ходил, поэтому остался дома.
Юноша заранее наточил и спрятал нож. Он сидел и дрожал от ненависти и решимости осуществить задуманное злодеяние.
Он сидел в комнате, смотрел на часы и дрожал. Ждал полуночи. В церкви начнется служба, и няня точно уже не вернется домой, а хозяин уже ляжет в кровать.
И вот, бой часов – и тут, через минуту, будто дверь открыли и повеял ветер. «Кто это зашел?» – подумал юноша. Он услышал по коридору торопливые шаги, и вдруг дверь открывается и появляется Христос в белом саване, с всклокоченными волосами, с очень худым аскетичным лицом. Появившийся Христос вдруг хватает его за руки и горячо начинает говорить: «Зачем ты предаешь такую прекрасную ночь, Пасхальную ночь! Зачем ты задумал совершить это страшное убийство?» Он попытался вырваться, а Христос продолжал: «Иуда меня предал – и ты меня предаешь… Все меня предают. Все люди предают». У этого человека пот градом катился, он не мог понять, что происходит. В нем начался какой-то внутренний переворот. И тут он услышал грохот, топот – и ворвалось множество солдат, чтобы схватить Христа. Они Его схватили, стали крутить, вязать, выворачивать Ему руки, а Он кричал: «Вы все меня предаете!. Все враги Божьей правды! Но Я Себя за вас отдаю на смерть. Отдаю, чтобы вас спасти…»
Воины поволокли Христа к выходу, а молодой человек лишился чувств. Очнулся он с мокрой тряпкой на голове, лежа в комнате, а все рассказывали, что ночью из психиатрической больницы сбежал сосед, пока все отвлеклись и пошли на службу. Этот больной человек, много лет находящийся в клинике, возомнил себя Христом, и вот, похитив простыню, в одном исподнем он бежал и ворвался в комнату.
Чудом, говорили молодому человеку, этот псих ничего плохого ему не сделал, так как подоспела охрана, схватила его и скрутила, и отвезли обратно в больницу.
Пели птицы, алела полоска неба. Монах, рассказывавший эту историю вздохнул и продолжил: «Они могли говорить что угодно, но я знал, что это было Божье посещение, что это Бог, пусть через больного, обратился ко мне. Моя старушка-няня говорила, что она будет молиться обо мне, так как видит, что мне плохо. И вот, Бог услышал ее молитвы. С тех пор во мне началась перемена. Я перестал копить злобу, я стал молиться о людях. Я стал ходить в храм и творить добрые дела. Постепенно я пришел к мысли стать монахом. Теперь в знак чуда, которое привело к моему полному перевороту, каждую Пасхальную ночь, как бы ни устал, я не смыкаю глаз. Я молюсь, гуляю и благодарю Бога, который вывел меня из мрака прежней жизни».
Таких рассказов можно было бы привести много. Автор этой истории, А.К. Шеллер-Михайлов, был очень известным до революции писателем, верующим, и он собирал подобные истории. То есть он был религиозным писателем! И вот он свидетельствует о чуде.
Мы можем вспомнить и другого писателя – Антона Павловича Чехова, который был человеком нерелигиозным. Когда его однажды спросили: «Вы верующий?» Он сказал: «Я не отвечу на ваш вопрос». Нельзя сказать, что он был неверующим. Атеистом он не был, но он также не был и верующим человеком в нашем понимании. Была у Чехова проблема: он очень пессимистично смотрел на людей. От его повестей и рассказов веет какой-то безысходностью, какой-то тоской, люди у него какие-то мелкие и злые, и нет для них выхода. Если у Гоголя у тех же злых и мелких людей есть какая-то перспектива, какая-то надежда, намек на покаяние, то у Чехова, как отмечают многие исследователи, такого намека нет. Но даже такой – можно сказать, далекий от Церкви – человек все равно чувствовал, что Пасхальное время – время особенное. Это время, когда душа переживает катарсис, то есть обновление, очищение. Душа от тоски, от мрака, от печали пробуждается и воспринимает новый опыт, светлый и позитивный. Наверное, все прекрасно знают рассказ Чехова «Студент». Рассказ про то, как возвращался домой в свое село студент духовной семинарии (этот рассказ очень маленький – всего две странички, но я вам его читать не буду, вы, наверное, его знаете). В этом рассказе мы как раз и видим тоску человека. Он не понимает, что может человека внутренне изменить. Он не понимает, но чувствует, что в Пасхе, в этих Страстях Христовых есть потенциал изменить человека, есть скрытая внутренняя сила для человека. Помните, как этот рассказ начинается? Студент, кутаясь, потому что очень холодно, зябко, идет полями к дому, и у него темное, смурное, тусклое внутреннее состояние. Этот студент-семинарист вспоминает про Распятие Христово, про все Страстные дни… надо сказать, что в семинарии зубрежкой, насмешками даже над святым, мертвой схоластикой умели отбивать у молодого искреннего человека живое религиозное чувство (даже сегодня такое бывает, я сам тому свидетель)…
И вот этот студент, у которого что-то живое перегорело, остался лишь пепел, печальная ирония, идет домой. В убогую избу своих родителей. Ну кто его отец? Замотанный поездками по избам священник или пьющий горькую дьячок…
Он идет домой и вдруг видит костер. Кто-то пасет лошадей. Он приближается и видит деревенских баб: мать и дочь. Студент подходит к ним, греет руки и с этими женщинами заводит беседу. И вот этот студент рассказывает им о Христе, и женщины вдруг начинают плакать, услышав его рассказ о том, как Христа предали, схватили, чтобы распять. Женщины начинают плакать, и в душе семинариста, такой озлобленной и смурной, вдруг тоже что-то сдвигается.
«…Студент вздохнул и задумался. Василиса вдруг всхлипнула. Слезы крупные и изобильные потекли у нее по щекам, и она заслонила рукавом лицо от огня, как бы стыдясь своих слез. А Лукерья, неподвижно глядя на студента, покраснела, и выражение у нее стало тяжелым, напряженным, как у человека, который сдерживает сильную боль. Теперь студент думал о Василисе. Если она заплакала, то, значит, все происходившее в ту страшную ночь с апостолом Петром имеет к ней какое-то отношение. Он оглянулся. Одинокий огонь спокойно мигал в темноте, возле него уже не было видно людей. Студент опять подумал, что если Василиса заплакала, а ее дочь смутилась, то, очевидно, то, о чем он только что рассказывал, что происходило девятнадцать веков назад, имеет отношение к настоящему, к обеим женщинам, к этим пустынным деревням, к нему самому, ко всему. Если старуха заплакала не потому, что он умеет трогательно рассказывать, а потому что Петр ей близок, потому что она всем своим существом заинтересована в том, что произошло, происходило в душе Петра. И радость вдруг заволновалась в его душе, и он даже остановился на минуту, чтобы перевести дух. Прошлое, – думал он. – связано с настоящим непрерывной цепью событий, вытекающих одно из другого. Ему только что казалось, что он видел оба конца этой цепи, дотронулся до одного конца».
Дальше о том, что чувство счастья захлестнуло студента и он шел наполненный этим счастьем и не казался уже таким печальным и тусклым. То есть, видите, даже в человеке достаточно далеком от религии, таком, как Чехов, Страстные события, Пасхальные события не могут не вызвать какого-то очищения, преображения, возвышения, какого-то перехода на иной уровень осмысления жизни. В этом студенте, мне кажется, он видел себя, свою душу, умную, ироничную, но трепещущую перед событиями и вещами пасхального уровня.
Также и мы, дорогие братья и сестры, должны хранить Пасхальный свет не только для того, чтобы он грел нас, не только, чтобы он светил нам, а чтобы этот свет распространялся дальше и дальше, свидетельствовал и другим людям об этой полноте благодати и истины.
Мы сейчас стоим на самом пороге праздника Вознесения Христова – завтра будет праздник Вознесения. Сегодня вечером, через несколько часов, мы будем совершать Всенощное бдение праздника. Помните, сказано, что Иисус вознесся на Небеса, а ученики возвратились «с великой радостью». И даже в тропаре праздника мы слышим: «Вознеслся еси во славе, Христе Боже, радость сотворивый учеником». Почему радость? Откуда радость? Он же ушел?..
Мы будем потом об этом говорить, но только один момент, одна подробность, касающаяся события Вознесения. Почему радость наполнила сердца апостолов? Да потому что наступило новое время, время, когда они уже неученики Христовы (учениками они назывались до этого момента), а когда они посланы Христом как Его служители, они называются апостолами (с греческого языка слово апостол переводится как посланник, посол!). Длинная и интересная история о том, как Христос готовит учеников к тому, что наступит новое время в их жизни, что они как Его свидетели, как Его служители пойдут по всему лицу земли. И вот, это время наступает!
Мы помним, как Христос дает ученикам власть: «Я даю вам всю власть на небе и на земле. Идите и проповедуйте всем народам». Он говорит, чтобы они учили людей соблюдать все, что «Я заповедал вам». То есть ученики имеют право учить всему, что заповедал Христос, все тайны открывать, говоря людям о Боге. И много других моментов, братья и сестры, о которых сегодня говорить не будем. Вот такими и мы должны быть – изменившимися, потому что Пасха не может никого оставить равнодушными.
Христос воскрес, пошел к Отцу и послал нам Духа Святого, который наполняет наши сердца и просвещает ум. Об этой жизни преизбыточествующей мы и должны свидетельствовать миру. Мир запутался, потерялся, живет во тьме, дезориентирован, а мы должны миру говорить, чтоесть истина, что есть правда, в чем смысл. В Боге он, в принятии Воскресшего Христа, в сообразовании жизни своей с жизнью Христовой, с той жизнью, которую нам заповедует Евангелие.
Вот, братья и сестры, с чем мы должны переступить порог храма сегодня. Закончились Пасхальные дни, но этот свет не погас. Песнопения умолкли, но это не значит, что они не должны звучать в нашей душе. Они переселились в нашу душу и растворились в нас! Пасхальный опыт всегда должен быть с нами. Опыт, который изменяет человека, преображает человека. Милость Божья и сила Господа и Пасхальная радость да пребудут со всеми нами, и да будем делиться этой радостью и этой Божьей силой с другими людьми.
Христос Воскресе!..
Протоиерей Константин Пархоменко