- Встречи с работниками Примарии по вопросам реконструкции храма
- Поездки в Кагул, Комрат и Кишинев в рамках попечительского служения
- Составление смет на реконструкцию храма
6 февраля, суббота. Блаж. Ксении Петербургской
- Всенощное бдение. Исповеди. Проповедь на сон грядущим — 16.00
7 февраля, Воскресение. Неделя 35-я по Пятидесятнице. Святых Новомучеников и Исповедников Российских. Свят. Григория Богослова, архиеп. Царьградского
- Утренние молитвы. Последование ко Святому причащению. Исповеди (индивидуальные и общая) — 8.00
- Часы и Божественная Литургия — 8.00
- Проповедь на тему евангельского чтения
- Панихиды
- Разбор недоуменных вопросов церковного народа
- Заседание Церковного Совета
—————
Проповедь — В день памяти новомучеников и исповедников Российских
Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Сегодня Святая Русская Православная Церковь совершает память святых новомучеников и исповедников Российских.
После крестных страданий, смерти и Вознесения Господа нашего Иисуса Христа бедные галилейские рыбаки, ученики Спасителя нашего, понесли по миру благую весть о Слове Христовом, о земной жизни Спасителя. Всесильные римские императоры возненавидели новую религию, не признававшую божественного происхождения их власти. Уже во II веке был издан закон, гласивший: “Доказанный христианин подлежит казни”. Древние сочинения упоминают, что христиан “предавали бичеванию, отдавали на крестную смерть и на растерзание дикими зверями”. Римские историки Тацит и Светоний оставили свидетельства, что христиан при императоре Нероне сжигали, употребляя вместо факелов для освещения садов ночью. Тысячи пыточных листов и народные предания донесли до нас житийные повести о мученической кончине первых христиан. Но лютые казни, ненависть язычников, жестокие римские законы оказались бессильными перед гонимыми христианами, о Боге которых вскоре узнал весь мир.
Эпохой самых лютых гонений на христиан называют второй, третий и начало четвёртого века. Новая эпоха началась в 1917 году, когда свершилось то, о чём предупреждали святые Серафим Саровский, Иоанн Кронштадтский и другие наши праведники. Начался красный террор, и псевдонародные комиссары доказали, что в ненависти к христианам перещеголяли и полубезумного Нерона, и расчётливого Диоклетиана. То, что Церковь наша пережила, по масштабам и глубине не сравнится со всем, что было в человеческой истории.
В 1918 году в послании к Совету народных депутатов Патриарх Тихон писал: “Никто не чувствует себя в безопасности, все живут под постоянным страхом обыска, грабежа, выселения, ареста, расстрела. Хватают сотнями беззащитных, гноят целыми месяцами в тюрьмах, казнят смертью, часто без всякого следствия и суда, даже без упрощённого, вами введённого суда. Казнят не только тех, которые перед вами в чём-либо провинились, но и тех, которые даже перед вами заведомо ни в чём не виновны, а взяты лишь в качестве “заложников”, этих несчастных убивают в отместку за преступления, совершённые лицами не только им не единомышленными, а часто вашими же сторонниками или близкими вам по убеждению. Казнят епископов, священников, монахов и монахинь, ни в чём невинных, а просто по огульному обвинению в какой-то расплывчатой и неопределённой “контрреволюционности”. Бесчеловечная казнь отягчается для православных лишением последнего утешения — напутствия Святыми Тайнами, а тела убитых не выдаются родственникам для христианского погребения”.
Послереволюционные репрессии носили массовый характер и были чётко организованы. В “Еженедельнике ЧК” от 1 ноября 1918 года сказано: “Отбросим все длинные, бесплодные и праздные речи о красном терроре… Пора, пока не поздно, не на словах, а на деле провести самым беспощадный, строго организованный массовый террор…” Один из соратников Дзержинского чекист Рогов записал в своём дневнике: “Одного не пойму: красная столица и церковный звон? Почему мракобесы на свободе? На мой характер — попов расстрелять, церкви под клуб — и крышка религии”.
19 марта 1922 года Ленин написал секретное письмо Молотову и членам Политбюро ЦК РКП (б); в нём, в частности, было написано: “…Я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий… Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше…”
Во второй половине 20‑х годов, кроме репрессивных мер против духовенства, усилилась тенденция на ограничение рамок деятельности религиозных организаций. Началось массовое закрытие церквей. В 1928 году Русская Православная Церковь имела более 30 тысяч приходов — две трети от дореволюционного количества. В 1928 году было закрыто 534 церкви, в 1929 году — уже 1119 храмов, в 1930 году упразднение православных общин продолжалось нарастающими темпами. Закрытые храмы осквернялись, использовались под производственные цеха, склады, клубы, а монастыри под тюрьмы и колонии. Многие храмы и монастыри были уничтожены. Тысячами сжигались иконы, богослужебные книги; колокола и церковная утварь переплавлялись на лом. Было решено добиться, чтобы имя Божие к 1937 году в России вообще не упоминалось. Правда, потом сроки несколько передвинули: к 1943 году в стране должен был быть закрыт последний храм и уничтожен последний священник.
Всё это сопровождалось арестами и уничтожением тысяч священно- и церковнослужителей. Невозможно исчислить всех новомучеников Российских ХХ века. Мы никогда уже не сможем установить число и имена всех пострадавших за веру и Церковь Православную. С 1917 до середины 20-х годов массовые убийства происходили даже без составления каких-либо документов, без предъявления обвинений. Начиная со второй половины 20-х годов расстрелам уже предшествовали фиктивные суды “троек” и составление приговоров и постановлений, часть которых сохранилась в архивах. Вот несколько имён из того большого количества наших людей, убиенных в первые годы советской власти.
7 февраля 1918 года за воротами Киево-Печерской Лавры убит митрополит Владимир. Его лицо и затылок истыканы штыком, несколько рёбер сломано, во всю грудь — рваная рана, правый глаз пробит пулей.
Архиепископа Пермского и Кунгурского Андроника, прославившегося миссионерской деятельностью в Японии, заставили вырыть себе могилу и закопали живым. Его викария, епископа Соликамского Феофана, утопили в реке Каме. Архиепископа Черниговского Василия, приехавшего в Пермь, согласно постановлению Священного Собора, выяснить судьбу Пермских мучеников, на обратном пути схватили в поезде и расстреляли. Епископа Тобольского и Сибирского Ермогена, последнего архиерея, благословлявшего царских узников, утопили с камнем на шее в реке Тобол. Епископа Сарапульского Амвросия, потребовавшего от комиссаров убрать из монастыря конный завод, вывели в поле, вывернули руки в плечах, локтях и кистях и пронзили спину штыком. Когда убивали епископа Нижегородского Мефодия, старались нанести штыковые раны в виде креста. Прежде чем расстрелять епископа Белгородского Никодима, ему пробили голову железным прутом. Убитого епископа Нижегородского Иоакима повесили вниз головой на царских вратах кафедрального собора Севастополя.
Священнику Дмитриевскому, поставленному на колени, сначала отрубили нос, уши и, наконец, голову. В Херсонской епархии трёх священников распяли на крестах. В городе Богодухове всех монахинь, не пожелавших уйти из монастыря, привели на кладбище к раскрытой могиле, отрезали им сосцы и живых побросали в яму, а сверху бросили еле живого старого монаха и, засыпая землёй, кричали, что справляется монашеская свадьба.
Настоятеля Казанского собора протоиерея Философа Орнатского привели на расстрел с двумя сыновьями и спросили: “Кого сначала убить — вас или сыновей?” — “Сыновей”. Пока расстреливали юношей, отец-священник, став на колени, читал “отходную”. Расстреливать отца Орнатского взвод красноармейцев отказался; отказались стрелять в молящегося коленопреклонённого старца и вызванные китайцы. Тогда к батюшке подошёл вплотную юный комиссар и выстрелил из револьвера в упор.
17 июля 1918 года было совершено одно из величайших преступлений во всемирной истории.
В Екатеринбурге в доме Ипатьева была расстреляна Царская семья: Император Николай II (50 лет от роду), Императрица Александра (46 лет) и дети — дочери Ольга (23 лет), Татьяна (21 года), Мария (19 лет), Анастасия (17 лет) и Наследник Алексей (14 лет).
Через сутки после расстрела Царской семьи, 18 июля, была убита Великая Княгиня Елизавета Фёдоровна вместе с несколькими своими царственными родственниками и с послушницей Варварой, всюду следовавшей за ней. Все они живыми были сброшены в старую шахту.
14 августа 1922 года были расстреляны митрополит Петроградский Вениамин, архимандрит Сергий (Шеин), профессора Иоанн Ковшаров и Юрий Новицкий.
Льётся и льётся кровь мучеников, в терновом венце поднимается Русская Церковь на свою Голгофу. Вождь её, Патриарх Тихон, зовёт оставшихся в живых верных чад своих не гневаться, не приходить в отчаяние, а без страха нести свой крест, оставаясь верными учению Христа, любовью и покаянием обороняясь от пули и меча. Мы имеем великое и славное воинство новых страдальцев. Младенцы и отроки, старцы и взрослые, князья и простые, мужи и жены, святители и пастыри, монахи и миряне составили великий собор новомучеников Российских, славу нашей Церкви.
В день новомучеников и исповедников Российских мы исповедуем, что врата адовы не одолеют Церковь Христову, что мы в торжестве Воскресения и что благодать Воскресения даётся нам ценой победоносной Голгофы — Христовой и нашей. Чрез все века — тот же крест, та же слава, та же любовь. Мы молимся нашим святым, чтобы Всемогущий Господь помог нам сохранить в чистоте Святое Православие, омытое кровью новомучеников наших, и сподобил нас вечного общения с Собой и вечного пребывания в том мире, где нет ни скорбей, ни печалей, ни воздыхания.
Всех вас, дорогие братья и сестры, приветствую и поздравляю с Воскресным днём и праздником памяти новомучеников и исповедников Российских. Аминь.
Иеросхимонах Митрофан (Засыпкин)