(В2) Экклесиология
Недалеко от церкви, из которой ненадолго вышел по делам священник, он встретил пробегавшего мимо давнего знакомого. Поприветствовали друг друга. Разговорились. В разговоре священник спросил:
— Что-то я долго тебя в храме нашем не видел. Ты сильно болел? Уезжал куда-нибудь? Или в другой приход стал ходить? Помявшись немного, знакомый ответил:
— Времени не стало…
— Его ни у кого не стало… Однако люди же ходят, спасаются.
— На работе тяжело. Нагрузки большие, — продолжал оправдываться знакомый.
— Не успеваю.
— По выходным можно приходить? Шесть дней трудись, а седьмой Богу отдавай. Слышал про такое?
— Да слышал. Но дома тоже дел невпроворот. Некогда.
— Не до Бога, — подсказал, продолжил священник.
— Да нет! Мы всегда с Ним, — завозражал знакомый.
— «В душе», — опять подсказал священник ему избитую, общую фразу.
— Да, да!! — с радостью ухватился за неё знакомый. — Он с нами везде, всегда. Не забываем. Молимся.
— На ходу, — ещё подбросил священник.
Знакомый чуть растерялся, запнулся, а потом с жаром ухватился и за это:
— Ну… да. Так получается. Время как-то сплющилось, уплотнилось. Не хватает.
— А Богу на всё и на всех хватает. Почему так?
— Не знаю, — удивился и знакомый.
— Потому, что для суетного мира, который диавол вверг в хаос и суету действительно времени нет. Белка, если попала в клетку с барабаном, будет там, как угорелая, нестись по нескончаемому кругу. Выход разумный и единственный — остановись! Выскочи из барабана.
— Это не так-то легко, — признался знакомый.
— Необходимо. Ты — человек, а не белка. Тебе Творец разум дал, умение анализировать и принимать решения.
— Жизнь своего требует. За ней тоже надо успевать.
— Что такое жизнь? Для всех она — разная. Для одних она — подчинение окружающим, близким. Заключается в том, чтобы «не отстать», иметь то, что все имеют. Для других, которые имеют в себе страх пред судом Божиим. Отвержение общего обмана, страха человеческого, рабского. При этом же нынешнем времени и положении, они живут другим страхом — Божиим. Не отрываются от общей молитвы в спасающей нас Церкви. Не уносятся в погибельный хаос и суету мира сего.
— Счастливцы, — с завистью молвил знакомый.
— А кто всем другим не даёт стать такими же счастливцами? — Заботы. Дети, семья.
— У них тоже дети, семьи. Заботы о пропитании, одежде, жилье… Как-то могут, умудряются. Кто вам не даёт так умудряться и возмогать?
— Никто, — согласился знакомый.
— Так почему вы не с теми, кто отодвигает эту жизнь временную на второй план и живёт другой, главной жизнью, соединённой с Богом?
— Быт засасывает. Не вырваться. Может там, по смерти и мы соединимся с Ним.
— Нет, голубчик. Кто здесь отпал от истинного пути, отверг Его, тот и после смерти своей, там уже не соединится с Господом. Об этом многие святые отцы говорили. И Сам Господь сказал: «Верный в малом и во многом верен; а неверный в малом и во многом неправеден есть» (Лк. 16, 10). И ещё: «Всякого, кто исповедает Меня пред человеками, и Сын человеческий исповедает его пред Ангелами Божиими. А отвергающийся Меня пред человеками; тот отвержен будет пред Ангелами Божиими» (Лк. 12, 8-9). Эта жизнь и есть — как искушение выбором. С кем ты? Выбор этот всё более обостряется, трудным становится. Но «употребляющий усилие восхищает», то есть приобретает Царство небесное.
— Не хватает воли.
— Вот это другое дело. Настоящая правда. Об этом говорил ещё преподобный Серафим Саровский, что мир погибает от того, что нет дерзновения благого в людях. Без этого, всё направляется к суетному, временному, а к главному, вечному «времени не хватает».
Знакомый молчал. Возражений не было. Выждав немного, священник вслух припомнил: — «Язвами Его мы исцелехом». Тяжело вздохнув, добавил:
— Ох! Не помним, не держим мы этого в своих сердцах, потому враг нас и похищает, ввергает в погибельную суету. Помолчав ещё, горестно сказал:
— Не помним мы унижений, оскорблений, побоев, нанесённых Господу от нас — тварей созданных Им. Распятия…. Всё это Он — Бог, претерпел добровольно не за себя, не за грехи. Их у Него не было. А за нас, окаянных!.. За меня, за тебя, за всех нас!.. Помолчав ещё, священник строго вопросил:
— Суетитесь, как та несчастная белка, но один день можно остановиться и Богу посвятить? О Нём вспомнить и о своей несчастной душе? Он всё дал и даёт нам. Им живём, а не своими уловками, ужимками, вывертами, ловкостью своей. Почему есть страх перед начальниками, властью временщиков, бабками-колдовками, приметами, суевериями всякими, а перед Ним нет? Почему слушаемся и почитаем кого попало, а не Его, Хозяина? Ведь Он может в любой момент пинка всем дать. Терпение Его — не беспредельно.
— И что тогда?.. — с интересом попросил уточнения собеседник.
— А то! Здесь мучились, как та белка, изо всех сил бегали по барабану, и там — мучения. Где страх должный и нужный? Перед чем и перед кем?.. На стенах портреты земных кумиров, а икон святых угодников, Спасителя — нет!!.. Кого боимся? Червяков?! Вот они и будут нас жрать. Им и служим. Для них свою жизнь устраиваем, а не для Бога и спасения своего!..
Поклонившись знакомому, священник быстро удалился в храм. Скоро должно было начаться Всенощное бдение.