-Геронда, а почему Вы не стали священником?
-Наша цель в том, чтобы спастись. Священство это не средство для спасения [человека, который его принимает].
-А Вам никогда не предлагали стать священником?
-Меня принуждали к этому много раз. Когда я жил в общежительном монастыре, меня принуждали и к священству, и к великой схиме. Но задача в том, чтобы стать монахом внутри. Меня заботило как раз это ничто другое меня не занимало Еще, будучи юношей, мирянином, я пережил некоторые чудесные события и поэтому, придя в монастырь, говорил: «Хватит мне и того, чтобы по-монашески жить».
Основной упор я сделал на это, и меня не занимал вопрос, когда же меня постригут в великую схиму и стану ли я священником. И недавно в келью Панагуда, где я живу, приходил один человек, который очень настаивал на том, чтобы я принял священный сан. Он даже ездил по этому поводу во Вселенскую Патриархию, а когда на Святую Гору приехала экзархия из Константинополя, он подошел к ним с тем же вопросом. Но архиереи ответили ему: «Скажи об этом самому отцу Паисию.
Вы можете сказать, что я перечисляю лишь древние примеры раскаяния и раскаявшихся грешников, которые для наших столь отдаленных от той поры дней уже не могут послужить образцом. Развивая свою мысль, вы можете сказать, что все вышеуказанные примеры относятся не только к древним временам, но и к далеким племенам и народам, жившим в совсем других условиях. На такое замечание я решился бы ответить так. Действительно, во многом изменились внешние обстоятельства жизни: какие-то способы передвижения, и механизмы добывания огня и света, и методы написания книг, и правила обхождения одного человека с другим, и манера одеваться, и организация труда и способы ведения войны. 
Поэтому снам не надо придавать совершенно никакого значения: осени себя крестным знамением, осени крестным знамением подушку, положи на нее крест и пару иконочек и, засыпая, произноси Иисусову молитву. Чем большее значение ты будешь придавать снам, тем чаще будет приходить враг и тебя искушать. Диавол показывает свои сны не только взрослым людям, но и детям. 
Как-то он говорил и о духовных условиях для того, чтобы действовал Святой Дух. Он сказал:
По неизреченной Своей милости попускает Господь грешным то, чего они желают, чтобы они, вспомнив Бога, устыдились беззаконий своих и исправились. Богу дороги кающиеся; очень дороги Ему те, кто в сокрушении сердца кается в неправедных делах своих. Творец не таков, как тварь, наказующая виновного, стоит ему только оступиться. Он ждет, пока заблудший сам найдет истинный путь. Он смотрит и молчит. Ждет и никогда не опаздывает. Непостижим в Своей мудрости. Дивен в Своей милости. Неразумный ропщет на то, что Господь не управляет миром по его разумению, а разумный непрестанно ревнует о Божием разуме. Но и разумному иногда невозможно понять, почему с тем или иным человеком происходят необъяснимые, казалось бы, события; почему молодом, жаждущий жизни человек умирает, а старик, уставший от жизни, живет; почему праведный страдает, а безбожник благоденствует.
В трудах святителя Николая Сербского (Велимировича) можно найти глубокие рассуждения, позволяющие всесторонне рассмотреть общие закономерности во многих событиях библейской и современной истории, связанных с войной. Сербский святой знал все ужасы войны на своем личном опыте2, поэтому и говорил о ней как о великой трагедии и искал причины её появления.
А понимая, будет готовить себя. Читая, он будет видеть в событиях, описанных в Апокалипсисе, те или другие современные ему события. Вообще это книга таинственная. Многие делали вычисления, и у всех конец падает на наше время, то есть XX столетие…»
В Новом Завете трижды раскрывается тайна Святой Троицы: в Крещении, Преображении и Сошествии Святого Духа. В Крещении раздался Божественный глас: «Сей есть Сын Мой возлюбленный», когда воплотившийся Сын Божий, Богочеловек, вступил на подвиг спасения человека. Здесь — слава Бога Отца и ликование Его при виде такого подвига любви. Бог Сын стоит в струях Иордана в зраке раба, и Бог Дух Святой, в виде голубине, поддерживает слово Отца, свидетельствующее о Божестве Сына, смиренно склонившего голову под десницу Предтечи.
1) У многих в обычае во всяких разговорах о низких вещах и почти ко всякому слову приговаривать: «Ей Богу!» Или: «На то Бог!» Или: «На то Христос!» Или: «Свидетель Бог!» Или: «Видит Бог!» — и прочее. Страшное и с глубоким смирением самими Ангелами почитаемое имя — Бог, при воспоминании о Нем трепетать и голову с сердцем преклонять должно! Но бесстрашное сердце того не понимает, и языком злым, как низкой (что и говорить страшно) вещи, касается. Монарха земного, человека, имя почитается его подданными, как и должно, и с почтением в нужных случаях поминается; а имя Божие, великое и превознесенное, от христиан и такого почтения не имеет! Странное и жалости достойное дело! Так сатана ослепляет бедного человека!