Православная Церковь верует в телесное вознесение Девы Марии на небеса, но, в отличие от Католической церкви, по принципиальным соображениям даже не предпринимала попыток сформулировать данное учение. Рассмотрев эти соображения, можно легко понять, какое отношение к новому догмату (догмат утвержден папой Римским Пием XII только в 1950 г. – Ред.) существует в Православной Церкви. Она не оспаривает истину, утверждаемую им, но видит в этом догмате рационалистическое упрощение христианского учения, таинственная сложность которого лучше выражается в его общем утверждении, не сформулированном в дефиниции, которая с неизбежностью окажется односторонней. Это в общем. А в частности, православное богословие перед лицом данного католического догмата будет видеть перед собой новую задачу – выделить из этого учения те элементы, которые католический догмат со своей упрощающей дефиницией, конечно, не учел.
Эти элементы, не учтенные католическим догматом, в конечном счете указывают на прикровенный характер этого учения – причина, по которой к нему (учению) относятся с почтительной сдержанностью. Помимо того, что данное учение – таинство в том смысле, в каком все христианские учения являются таинствами, оно также является таинством и в смысле учения, которое желательно хранить в благоговейном молчании.
