(В8) Молодежный класс

Интервью с протоиереем Павлом Великановым

Осуждение — проблема, с которой сталкивался каждый: все мы осуждали если не на словах, то уж точно в мыслях. Почему так легко и приятно нарушать заповедь «не суди»? Где корни осуждения, в чем его психологическая подоплека? Что об этом грехе говорит Евангелие и творения святых отцов? Как бороться с помыслами осуждения? Об этом беседуем с редактором портала Богослов.ру, кандидатом богословия, настоятелем Пятницкого подворья Троице-Сергиевой Лавры протоиереем Павлом Великановым.

О мнимой праведности, ярлыках и вердиктах

— Отец Павел, возможен ли суд без осуждения, можно ли кого-то судить, не осуждая? И в чем разница?

— У нас есть хрестоматийный пример того, как можно судить, не осуждая. Это случай в Евангелии с той самой блудницей, женщиной, взятой в прелюбодеянии, которую фарисеи и книжники хотели побить камнями по закону Моисея — то есть законным образом убить, — и которую Христос спас. Мы не слышали со стороны Христа ни одного осуждающего слова в адрес этой женщины. Христос сохранил ей жизнь — но напоследок он сказал ей предельно простые слова: «Иди и больше не греши».

— А где сам факт суда? Христос ведь ее не осудил.

— Что значит судить? И я не осуждаю тебя. Иди и больше не греши (Ин 8:21). Суд был произведен. Мы видели, что произошла оценка ее деятельности. Оценка и осуждение — это разные вещи.

— А в чем разница?

— Разница в том, что человек, который осуждает, вешает на человека «ярлык», выносит приговор. И этот приговор обязательно связан с личной позицией по отношению к данной ситуации. Именно об этом слова Христа: кто из вас без греха, первый брось на нее камень (Ин 8:21). Речь идет о той самой позиции, которую мы чаще всего занимаем. И можно смело сказать, что психологическая и даже духовная подоснова всей проблемы греха осуждения, о котором мы и говорим, — это попытка человека самоутвердиться. Но не в Боге, а в своей мнимой праведности — пытаясь приподняться за счет унижения, умаления другого. Когда мы ощущаем себя на голову выше окружающих — всех этих негодяев, преступников и прелюбодеев, — нам гораздо комфортнее, нежели когда мы осознаем свое непотребство. Именно здесь, в попытке ложного самоутверждения, и рождается у нас желание осудить. Унижая, опуская, компрометируя других, мы можем ощутить свое некое величие на фоне всех остальных, таких нехороших.

Подробнее…

(В8) Молодежный класс

Её звали Варвара Семёновна. Иногда мы (да и родители) сокращали ее до Варвары. Или Варварио. Не знаю, почему. Она носила очки с желтыми дужками. Не знаю, были ли они золотыми. Губы ее привычно складывались в напомаженную гузку.

Она говорила «протвинь». А я уже знал, что говорить надо «противень». Я это вычитал. Читать я рано начал, нынешние так рано не умеют.

Варвара Семёновна была крупная немолодая женщина. Она могла дать затрещину. Но больше всего она напоминала большую теплую курицу, к которой жались цыплята. Она была всем сразу: наставником, судьей, защитницей и сфинксом, разгадать назначение которого нам, «в» классу, не было дано.

Фамилию одной девочки из класса, Тани, она так и не научилась верно произносить. За четыре года, которые тогда длилось начальное образование. Фамилия была Семёнычева. «Семеныче’ва, к доске». Та покорно шла. «Я Семёнычева, — сказала она однажды, отчаявшись. – Се-мё-ны-че-ва». «Семеныче’ва, к доске», — отозвалась глыба по имени Варвара Семёновна. Таня вздохнула и пошла.

Варварио писала буквально каллиграфически. Если она ставила в тетрадь пятерку, то это была пятерка-шедевр. Она махала крылом словно чайка, она плыла лодочкой, ее бока наливались нажимом, а волосяные линии истончались донельзя. Двойка выражала презрение.

Однажды я получил первую (но не последнюю) двойку. Странно, но тогда я думал, что смогу избежать двоек. Зачем они? Откуда возьмутся? И впервые в жизни легкомысленно забыл дома то ли тетрадь, то ли контурные карты. Варвара не пожалела. Подумаешь, первый раз! Подумаешь, отличник! А я был в начальной школе то отличник, то ударник. Хорошист. Она мне, в соответствии с базовыми понятиями о справедливости, поставила, или, как тогда говорили, «влепила» два шара. Двояшечку. Гуся. Пару. Парашу.

Подробнее…

(В8) Молодежный класс

Из всех живых существ смех подарен только человеку. Звери смеяться не умеют. Коты правда, улыбаются, и не только в стране чудес. Ещё в реальности ржут кони, «хохочут» попугаи — но всё это экстраполяция нашего умения смеяться на мир животных. Получается, что, в числе прочих очень высоких признаков, смех делает нас людьми? Или как это понимать? Ясно одно — в способности человека смеяться скрывается важная тайна.

Среди многочисленных трудов, изучающих смеховые явления, хочется выделить исследовательскую работу выдающегося советского филолога Владимира Проппа, поскольку он рассматривает смех и как физиологический процесс, и как аспект нравственности, с которой так тесно связана культурная деятельность человека.

Произведение Проппа «Проблемы комизма и смеха» начинается очень ёмкой цитатой: «Самая полная и наиболее интересная попытка перечисления видов смеха сделана не философами и не психологами, а теоретиком и историком советской кинокомедии Р. Юреневым, который пишет так: „Смех может быть радостный и грустный, добрый и гневный, умный и глупый, гордый и задушевный, снисходительный и заискивающий, презрительный и испуганный, оскорбительный и ободряющий, наглый и робкий, дружественный и враждебный, иронический и простосердечный, саркастический и наивный, ласковый и грубый, многозначительный и беспричинный, торжествующий и оправдательный, бесстыдный и смущённый. Можно ещё и увеличить этот перечень: весёлый, печальный, нервный, истерический, издевательский, физиологический, животный. Может быть даже унылый смех!“». Кажется, список достаточный? Но Пропп добавляет очень важное направление: смех насмешливый, осмеивающий, издевающийся…

Подробнее…

(В8) Молодежный класс

Вопрос уважаемому читателю. Вы хозяин своей судьбы? Могу с уверенностью предположить, что ответом будет «да» или «в значительной мере да». Это подарок от христианства.

Как совмещается всеведение и всемогущество Божие со свободой человека? Бог не насилует человеческой свободы. Он знает будущее не потому, что дёргает нас за ниточки, как марионеток, а потому, что существует вне времени и пространства. Так мы знаем прошлое вовсе не потому, что всё в нём организовано нами.

Со свободой воли связан и вопрос о природе зла. Христианский взгляд противоположен широко бытующему ныне и модному дуализму. Зло не является необходимой составляющей мира, оно несамостоятельно и вторично. Бог зла не создал, оно возникает тогда, когда люди, наделённые свободой воли, делают неправильный выбор.

Трагедия грехопадения в том, что люди разорвали связь с Богом — Источником жизни. Есть очень хорошее сравнение, позволяющее нам понять, почему страшен грех. Представьте себе водолаза, которого опустили на дно не с аквалангом, а в скафандре и подают ему кислород через подсоединённый шланг. Что будет с водолазом, который захочет, чтобы шланг этот не мешал, и оторвёт его?

Очень вероятно, что статью эту читает влюблённый человек, ибо люди чаще всего влюблены от детского сада до преклонных лет. Скажите, пожалуйста, вы согласитесь, чтобы предмет вашей сердечной склонности сидел рядом с вами, крепко привязанный к стулу? Никогда. Вы хотите свободного ответного чувства. И уходит сам собой вопрос, почему Бог не создал нас неспособными ко злу хорошими и послушными зомби или биороботами.

Подробнее…

(В8) Молодежный класс

Мальчик «качается», девочка красится, оба хотят одеться красиво: юность переживает о внешнем. Округлость бицепса, объем талии, цвет волос, цена часов на запястье – этим занята не только юность, в этом можно застрять на всю жизнь. Но юность больна этим особенно. Опыт же показывает, что жизнь требует внутренних качеств, заметных не сразу.

Незаметное часто важнее броского.

Ясность ума, терпение и постоянство нужны в жизни больше всего. Собранные вместе, они называются мужеством.

Мудрость идёт об руку с филологией, нуждается в ней, поскольку люди вечно путают понятия и норовят дать явлениям и фактам чужие имена. Так, мужество многие готовы перепутать с храбростью и смелостью. А это разные понятия.

Смелостью города берут, Суворов прав, но одной смелостью войну не выиграешь. Кроме неё нужен расчет, терпение, сдержанность. Смелость нужна в случаях исключительных, а мужество нужно всегда. О римлянах говорили, что битву у них выиграть можно, но войну – никогда. Это потому, что они были тверды и постоянны. Храбрость действует кипением крови. Таковы люди южные. Они заводятся с пол-оборота. Мужество же хочет иметь холодную голову. Когда горячий остынет или выдохнется, мужественный вступит в свои права.

Мужество терпит. Терпит боль и усталость, терпит горечь поражений. Поэтому мужественными, не смотря на этимологию, часто бывают женщины. Они терпеливы, они двужильны, они настроены на дальний результат. Безрассудная женщина думает о том, что под носом. Настоящая женщина, как крестьянин, зимой думает о лете, летом – о зиме. Она – стратег, и она терпелива. Само материнство учит ее, поскольку обязывает носить, ждать, ухаживать, кормить и так далее. Чаще всего настоящие женщины сообщают своим мужчинам – мужьям и сыновьям – самые нужные качества. Глубокая и истинная женственность – мать всего доброго, в том числе и мужества.

Подробнее…